• Своеобразен путь развития в 70–80-х годах 19 века. БАТАЛЬНОГО жанра.

    Василий Васильевич ВЕРЕЩАГИН (1842–1904) стоит первым в ряду тех живописцев, которые, следуя просветительской вере в познавательно-воспитательную силу искусства, с протокольной беспощадностью стремились показать ужас ВОЙНЫ, насилие захватчиков, религиозный фанатизм.

    Всей своей деятельностью он близок к передвижникам, хотя организационно к ним не принадлежал. Свои выставки он устраивал в прямом смысле слова в разных частях света и идею передвижничества осуществил очень широко.

    По семейной традиции получив военное образование, окончив Морской кадетский корпус в Петербурге, Верещагин затем учился в Петербургской академии художеств и в Париже, а по возвращении в Россию уехал на Кавказ. Там он сделал ряд зарисовок этнографически-документального характера, многие из которых разоблачают религиозный фанатизм.

    Подобно Хогарту, Верещагин создавал целые серии на одну тему. Одна из первых – Туркестанская - о войне в Средней Азии. Этнография Востока увлекала Верещагина не меньше, чем собственно баталии.

    Со всей скрупулезностью и любовью к деталям, свойственным передвижникам вообще, а его художественному почерку в особенности, передает он красоты Востока («Двери Тамерлана», ГРМ).

    Но рядом - не менее тщательно выписанные сцены зверств («Торжествуют», 1871–1872,– площадь перед мечетью утыкана шестами с головами русских солдат; «Нападают врасплох», 1871, ГТГ;

    «После удачи», 1868, ГРМ;

    «После неудачи», 1868, ГРМ, и т. д.).

    Всю ненависть к войне Верещагин выразил в картине «Апофеоз войны» (1871, ГТГ):

    гора черепов на фоне мертвого города.

    На раме сам художник написал: «Посвящается всем великим завоевателям, прошедшим, настоящим и будущим».

    Стасов писал, что из Туркестана Верещагин «воротился живописцем войны и потрясающих трагедий, живописцем такого склада, какого прежде его никто не видывал и не слыхивал ни у нас, ни в Европе». А сам мастер так определил свою творческую задачу: «Передо мной, как перед художником, война, и ее я бью сколько у меня есть сил».

    В начатой Верещагиным серии архитектурных пейзажей, которые художник исполнил в путешествии по Индии, можно предугадать грандиозный замысел и живописца, и историка искусства, и археолога («Мавзолей Тадж Махал в Агре», 1874–1876, ГТГ).

    Но серия не была завершена, так как с началом русско-турецкой кампании Верещагин становится участником самых жарких боевых операций на Балканах.

    Итогом явилась его «Балканская серия» 1877–1881 гг.

    Впервые в русской живописи истинным героем ВОЙНЫ становится русский солдат.

    И не победная, праздничная, а будничная, и потому трагическая сторона войны в центре внимания художника. Мы видим это даже тогда, когда он изображает торжество победы, как в картине «Шипка – Шейново. Скобелев под Шипкой» (1877–1878, ГТГ), в которой сам боевой генерал и приветствующие его солдаты изображены на заднем плане, а весь передний усеян брошенными орудиями и убитыми.

    Его последняя серия картин -«1812 год. Наполеон в России» (1877-1904, часть картин хранится в ГИМ, часть - в Государственной картинной галерее Армении в Ереване), в которой показан разгром наполеоновской армии и героизм русских партизан.

    ХУДОЖНИК - патриот ВЕРЕЩАГИН и ПОГИБ, как воин, в 1904 г. в Порт-Артуре на броненосце «Петропавловск», подорванном японской миной.